Перейти к содержимому


  




Сам о себе. И не только о себе. 1-ая половина 1993-его.

Автор: Павел Долгачев, 01 Декабрь 2010 · 1 452 views

Между провалами. 1993-ий год. Снова в памяти «провалы». Или просто «белые пятна истории». Тренировки продолжались. Соревнования тоже были, но многих деталей я не вспомню. Хотя, наверное, именно в 1993-ем кто-то записал на видео какое-то областное первенство. Эта запись хранилась потом в библиотеке (и видеотеке) школы «Ангерона».
Частично помню свои поединки. Например, в одном из боев соревновался с Виктором Батуринцевым. Ох, нелегко с ним было. Он от природы мощный, жесткий. Немного «нестандартный» по тем временам, и уже совсем нестандартный по нынешним меркам. Это не означает, что он прост для соперников даже сейчас. Ту победу я буквально «выцарапал»: под занавес поединка имитировал удар в передней руки (кидзами-цуки) и тут же левой ногой нанес маваси-гэри в голову. Еле дотянулся. Даже помню, что на видео заметно, как в приеме напряглась моя шея — вкладывал в удар все усилия. Оценку мне тогда дали. Хотя я немного боев провел, набирая баллы дурами ног. Не совсем моё это. Растягиваться я пытался. Пыжился, как только мог. Вечерами в выходные дни мог «зависнуть на кухне» и, поставив чайник, упирался руками в табурет, а ноги ставил на перевернутые вверх подошвами тапки. Тапки скользили, ноги разъезжались. Правда, гибкости мне так и не удалось добиться: когда я только пришел в секцию каратэ, ноги расставлялись максимум на прямой угол; лучший результат в шпагате — сантиметров 15 до пола :)
Зато как Брюс Ли в «Выходе дракона» наклон вперед носом до голеней я выполнял. В начале 90-ых Ояма направил свою команду в Киев на соревнования по Кёкусинкай. Японцы лихо рубились с тогда еще мало знакомыми с «хитростями» «Общества абсолютной истины» россиянами и украинцами. Всё действо показали по центральному ТВ. Особенное впечатление произвели ороси-какато (удар пяткой сверху) и удар пяткой в падении-кувырке.
Впрочем, были и у нас похожие «некёкусинкайские» штучки из числа таких не самых простых приемов. Например, «сбив кувырком» - это такой специфический прием, с которым Глазунов познакомил нас, тогдашних пацанов еще в самом начале занятий. В падении вперед с кувырком в сторону противника захватывается его нога, после переворота на спину одной ногой сваливаем противника, другой добиваем сверху. Ребята (кажется, Миша Бондарев и Андрей Захарченко) делали этот прием на показательных выступлениях в 1991 году, когда приезжали литовцы.
Бить в падении просто так - «некошерно» для каратэ по правилам WUKO, потому что легко добьют, если ошибешься. Натренировать такую «мульку» можно. Но в те годы кумитэ было «короче» по времени, а ошибки были более «болезненными». Соответственно, цена любой техники была высокой. Последующие правила соревнований до 6 и более балов позволили бойцам меньше «закрепощаться» из-за риска. Когда работаешь в сёбу-иппон, много риска. Озвучу оценочную систему тех правил, если кто не знает ил уже забыл: 1 балл («вадзаари») дается за любой удар рукой в корпус (кроме спины) и голову или ногой в корпус, 2 балла («иппон») дается за удар в спину, ногой в голову или добивание после броска/подсечки. У меня была такая особенность — в первом фрагменте боя я, как правило, пропускал атаку. И хорошо было, если мне попадало конкретно, ибо тогда я заводился и выкладывался на все сто. Сколько раз так было! И сколько раз я «пролетал», так как противник зарабатывал иппон...
А вот удар из стойки пяткой сверху я освоил. Не думаю, что очень хорошо, но на соревнованиях пытался бить с контролем (!) и попадал. Потом я только француза Кристофа Пинну видел, реально реализовывавшего этот прием.
Еще помню бой с Юрой Илюкевичем. Кажется, в 1993-ем мы, «ангероновцы» Глазунова в юношеских соревнованиях стали уверенно закрепляться на призовых местах. И тут появился Юра, ученик Александра Парфенова. Ему я «слил»: тот бил больно и быстрее, чем я. Приходилось «смываться» из собственной атаки как можно быстрей. Иногда излишне поспешно :) Как-то после «пролета» мимо цели я чуть было не получил в затылок, пришлось падать и разворачиваться на спину и отпихиваться ногами. Юра реально был сильнее, хотя раньше мы его на татами не видели. Работал на тот момент просто — подсечка, цуки или маваси-гэри правой ногой и правой же ногой цуки. В голову. Иногда довольно жестко :)
В общем, я ему проиграл. Тогда Андрей Козел сумел весьма достойно отстоять с ним и победил, несмотря на то, что у них разница полтора или почти два года. Если неправ — поправьте. Андрюха уже тогда бил свои «пушечные» гяку-цуки. Что интересно, прошло несколько лет и они сдружились. Илюкевич и Козел, кажется, и сейчас работают в месте в бизнесе.
Были и поездки в Литву для совместных тренировок. Наверняка. Тогда или чуть раньше произошел не очень веселый инцидент. Саня Мартынюк говорит, что это было в дни семинара Боба Ганнибала — значит, так оно и было. Мы шли по улице Каунаса — я, Андрей Козел, Саня Мартынюк, Миша Бондарев. Молоды и веселые. То ли слишком громко разговаривали русском, то ли просто под горячую руку попали, но из дверей ресторанчика, мимо которого мы топали, вылетел высокий и худой разъяренный дядька в костюме, и с разбегу со словами «Курва!» прицельно бросил свой правый кулак. С краю стоял Миша, он этому дядьке был по плечу. Ему бы и пришлось принять «подарок», но Миша мгновенно среагировал и отклонился. Мужик промазал. Тут мы навалились всей толпой и... отбросили его назад, к стеклянным дверям ресторана. Оттуда уже ломилась толпа. Что они хотели — нас «порвать» или утихомирить своего агрессивного товарища — неизвестно. Мы решили не интересоваться у них насчет намерений и быстро-быстро «ушли», а точнее, убежали с места происшествия.
Додзё «Ангерона»
По какой-то причине Левинтас перевел свою группу в другой зал. В спортзале МЖК на Ефремова остались мы, ученики Глазунова. Ну и, конечно, «старожилы» зала — группа джиу-джитсу Олега Авдыш. Изначально зал строился как волейбольный, поэтому на первом этаже на боковой стороне за решеткой (сеткой «рабица») располагалась зона для зрителей. Ее, правда, очень скоро — через год или два — закрыли. Зашили фанерой «окна», решетки спилили. В образовавшемся пространстве организовалось кафе. В общем, шло обустройство. Рядом с помещением под кафе была сауна. Мы там часто зависали. Но как настоящие спортсмены — без пива. Это был элемент спортивной подготовки. Хотя вру — однажды летом, в жару (как раз, наверное, был 1993 год — год аномальной августовской жары) мы умудрились после бани влить в себя по бутылочке пивка. Я и так алкоголь потреблял крайне редко (водку и вино вообще не пил), а тут еще усталость, распаренность. После полбутылки я не чувствовал ног и ясным вечером домой еле дополз. Путь, слава Богу, лежал через не самые людные районы — я шел с Ефремова в свой район Северную гору через автодром ДОСААФ. Осенью и зимой он превращался в трек для испытания внедорожников, ходить там рекомендовалось в болотных сапогах. И потом мимо военного госпиталя. Слава богу, никто меня в таком виде не засёк. :)
Зал условно был разделен на две части. Одну половину занимало татами. Помню, что тогда грузовиком привезли машину татами, кажется, изготовленного в Дагестане. Мы, мальчишки, тогда усердно снимали груз с машины и таскали в зал. С воодушевлением, ибо знали, что это все — наше! Из листов татами выложили площадку. Закрепили ее по периметру «плинтусом» на саморезах. На двух стенах зала закрепили Г-образные кронштейны — на них вешали мешки. Кронштейны заказали из профиля на заводе «КВАРЦ», куда имел доступ кто-то «из наших». Мешки купили эстонские, фирмы Falco. Этой же фирмы у меня было каратэги. И пояс. Синий пояс был пошит отменно. Он был настолько прочным, что мог бы «посоревноваться» с черными. Концы пояса уверенно торчали в стороны. Потом, когда я в 1994 году аттестовался на коричневый пояс по Годзю-рю, синий перешел тогда начинающему каратисту Коле Кусину.
Боксерские мешки достались в результате хитрых манипуляций клуба «БИОС». Клуб «БИОС» создавался Федерациями Калининградской области по каратэ, вольной борьбе, самбо и дзюдо. Расшифровывалось название как «Боевые искусства и оздоровительные системы». Одно время штаб-квартира клуба располагалась под крышей здания на ул. Кирова. Сейчас в нем областная дума. Там часто появлялся Анатолий Хлопецкий, президент областной федерации самбо и дзюдо, известный в России тем, что написал книгу о жизни Василия Ощепкова. А в Калининграде он был известен не только этим...
Я там бывал много раз. Федерация каратэ издала плакаты по ката каратэ Сётокан, и я трудился для перекладывания листов бумаги по порядку. За это даже платили денежку. И я присутствовал тогда же при приобретении мешков. Эстонцы приезжали в Калининградскую область. Это был период, когда в товарно-денежных отношениях главенствовал товар :) Бартером решались многие проблемы. Так, мешки клуб «БИОС» приобрел, найдя для эстонцев герметичные кофры из-под списанных парашютов. Кстати, парашютные чехлы тоже пошли в дело — изношенные маты без покрышки изготовленные из прессованной поролоновой крошки скручивали в рулон и всовывали в чехлы. Получались своеобразные, жесткие, но длинные мешки для отработки ударов.
В общем, клуб «БИОС» очень помог оснастить зал. Правда, не обошлось и без «косяков». Хлопецкий взял попользоваться для соревнований по дзюдо часть наших татами, да так и не вернул. Впрочем, нам хватало одной большой площадки, да в углу зала всегда лежала стопка татами, которые можно было разложить дополнительно.
В зале стояло также три или четыре макивары. Их изготовили на «КВАРЦе». Они ничем не отличались друг от друга конструктивно, но амортизацию доски можно было регулировать. И на саму доску в одном случае мы привязали кусок пористой резины, а на другую — какую-то жесткую хрень, которую мне, например, очень нравилось бить. Какая-то из досок была обмотана «плетенкой» из пеньковой веревки. Мне рассказывали, что это моряки постарались. Как раз в первое время в зале появлялся давнишний друг Авдыша Валерий Маталин. Он приходил во время его тренировки и лупасил по макиваре. А также тренировался с еще одним известным в среде калининградских любителей воинских искусств скромнейшим человеком — Володей Кащенко. Кащенко, когда я с ним познакомился в начале 90-ых, преподавал тайцзи. Так получилось, что его ученица выступала в 1990 или 1991 году на каких-то соревнованиях по ушу в Прибалтике и заняла первое место. Правда, Владимир Михайлович никак не относился к спорту. Он, насколько я понимаю, к спорту индеферентен. Симпатичная такая девушка. Она и потом, в середине 90-ых появлялась в зале, а девчонки-новички из группы каратэ в шутку называли ее «тормознутой» за медленное исполнение форм тайцзи.
Еще в зале, когда мы появились там, лежало странное приспособление. Кулибины сварили из уголка и профиля громоздкую конструкцию,предназначенную для растягивания ног. Мы ее между собой назвали «дыбой». :) Для того, чтобы рычаги, на которые надо было положить ноги, сев на пол, начали двигаться, надо было крутить «штурвал». Это было жестоко, особенно если тебе «помогали» друзья :)
Один из углов зала обшили фанерой и на нее поставили зеркала. Как раз для индивидуальной работы над техникой. Потом этот уголок пополнялся снаряжением. На одном из заводов отец начинающего спортсмена изготовил всяческие приспособления типа нигири-гамэ, иси-саси, конгокэн.
В здании, где располагался спортзал, когда-то был филиал ДОСААФ. Кажется. А потом помещения взяла в аренду одна из первых (а может, и первая) в регионе негосударственная школа, получившая название «Ангерона». Директором и одним из учредителей стал Андрей Викторович Глазунов. Насколько я помню, также в составе учредителей были Олег Авдыш и Виктор Белодед, ставший завучем, а позже и сменивший Глазунова на посту директора.


Опубликованное фото
Статья о школе "Ангерона" от 2 февраля 1993 года в калининградской газете "Маяк"

Соответственно, и наша каратистская братия получила имя «клуб «Ангерона»».

Годзю-рю и не только
Основу программы нашей подготовки постепенно составила техника Годзю-рю. Часть тренировок мы проводили в традиционном стиле по «полной программе» - с классической разминки на месте «дзюмби-ундо», при этом напирали на физуху, много было кихона. От техники Сётокан отказались и работали теперь уже Гэкисай, Сайфа. За дополнительной информацией ездили в Литву. Или смотрели видео — нам досталась подборка записей Хигаонны Морио. Если в России даже позже ходили несколько фильмов из серии, то у нас коллекция была полной. Иногда я вчереами «зависал» в библиотеке на втором этаже здания, где хранились кассеты и просматривал Хигаонну, одновременно тренируясь. Было и так, что тренировки проходили по старой схеме. Мы брали в руки лапы и выполняли стандартные калининградские наработки, проверенные временем.
В Литву мы продолжали ездить. Ромас Навицкас знакомил нас с новыми ката. В частности, ребта (я как-то в стороне остался) изучали Сисотин. Приезжали наи каунасские коллегии в Калининград. Тренировки с «глубоким погружением» в кихон проводил Шпокас. В один из приездов шнаши тренировки закончились матчевой встречей. Работали, естесственно, по правилам «савигинас». Лоукики разрешены, удары коленями тоже. Локтями в корпус? Пожалуйста. Только ни разу не помню такой ситуации, чтобы кто-то бил локтем в корпус. Контакт, естественно, полный. На руках — перчатки с открытыми пальцами толщиной ок. 5 см. Литовцы их привезли с собой. Прямые в голову запрещены, боковые — ради бога. Ну и борьба в партере (секунд 15 или 30) было дозволено. Кто как отработал — я даже не помню. А информация о моем поединке затесалась мне в подкорку. Его я просто обязан был проиграть :) : соперник был значительно более готов и не жалел меня. Я едва успевал закрываться и под занавес ушел в глухую защиту. Соперник раздухарился. Что он только не вытворял! Даже маваси в прыжке изобразил, но я все еще стоял на ногах. В один прекрасный момент я сделал решительный шагнул вперед и правой рукой выполнил короткий боковой удар. Вдруг все прекратилось — из-под поднятых над бровями кулаков я увидел на полу ноги своего визави. Оказалось, я хорошо его «выключил», воспользовавшись шансом. В общем, гость Калининграда уехал домой с сотрясением мозга.
Но доставалось чаще, чем удавалось «давать». В Литве в 1993-ем году мы, наверное, впервые приняли участие в семинаре и экзаменах по «савигинасу». Инструкторский состав того мероприятия включал нескольких весьма опытных мастеров. Конечно, один из них был Навицкас. Еще в их числе оказались клайпедские каратисты-кёкусинкайцы. Мощные мужики. Один, помню, делал ката Сайфа в кёкусинкайской версии. И обучали они на семинаре комбинациям, включавшим броски. Один из них потом был призером ЧМ по Сидокан — сам видел по «Евроспорту».
На семинаре мы познакомились с каратистами из Висагинаса. Тренеры — Склифус и Иванов. Очень сильная школа, подготовившая много бойцов по разным видам контактного каратэ. Здесь их краткие биографии - http://www.kovotojas...dex/trenera/0-6 Тогда мы аттестовались на первые пояса по «лиетувос ковина савигинас».

До и после поступления
Начало 1993-его связано с планами на «взрослую жизнь». Я собирался поступать в ВУЗ. В армию не хотелось принципиально, хотя в детстве мечтал стать офицером. Но у меня еще в школе обозначилось слабое зрение, выдергивать гланды и выправлять носовую перегородку, что требовалось для поступления, я не стремился. Был еще вариант поступать в Школу милиции, но мой батя, интеллигентный человек, который матерился при мне два раза в жизни (когда ему на ногу упала чугунная батарея и еще в каком-то случае) тогда сказал: «Не надо туда вступать. С одной стороны бандиты, с другой милиция. А в целом — одно и то же». Удивил, но, к сожалению, во многом был прав (до сих пор вспоминаю, как рэкетом занимался один знакомый мне курсант, «будущий милиционер». Не состоялся — судили. Не буду, конечно, хаять органы, но все-таки время было весьма своеобразное. И органы правопорядка — специфическая структура. И не прижился бы я в ней, наверное. Хотелось, конечно, поступить на юрфак. На экономический я даже не пытался — там нужны были знания точных наук, а я, сидя в гуманитарном классе, алгебру и геометрию списывал у более соображающих товарищей... В гуманитарном классе большинство составляли девчонки, а пацанов было несколько — я, два Димы, Колян, Леха и Макс. Макс — интересная личность. Он уходил из школы, потом возвращался. Учитель истории ужасалась, видя в его дневнике «пятерку» или «четверку» за первую четверть, принесенную из другой школы. В ее понимании Максим был недостоин такого результата. А Макс стебался. Иногда слишком откровенно. На уроке английского учитель откровенно «забивала» на предмет и стоило ученикам ее «развести» в начале урока на беседу по бытовым темам - всё... Урок заканчивался, не начавшись :) Но разговоры вели девчонки, которые иногда несли всякую ерунду, лишь не учить аглицкий. Как-то разговор зашел о кофе. «О, какя его люблю!» - сказала учитель и понеслась душа в рай. И тут Максим, которому явно надоела эта пустая болтовня, сказал: «Я тоже люблю кофе. Ложками жрать». :)
Макс занимался вольной борьбой. И мы при знакомстве как-то играючи «схлестнулись». Я выполнил несколько ударов с контролем, а он все-таки прорвался в клинч и чуть было не приземлил меня на бетонный школьный пол. Я убеждал его, что мои удары непременно должны были (при допущении контакта, разумеется) его «выключить», но он не соглашался. Многие годы спустя я узнал, что он переключился на кикбоксинг, кажется, стал мастером спорта и начал даже тренерскую деятельность. В армию идти не захотел, зато поступив, кажется, заочно, на юрфак, пробился в СОБР. Отслужил, а сейчас, как выяснилось, возглавляет РОВД в одном из районов Калининградской области. Мы с ним редко пересекались, но бывало. Рассказывал он как-то забавные истории.Например, как после стрельб поздним вечером на БТРе возвращались домой. Не знаю, правда ли. Может, решил повеселить публику. А может, и правда. Кто-то, с какого-то хрена, решил проверить, возможно ли добить из пулемета через рощицу. И вот, уже выехав на шоссе, увидели мужика на «Москвиче». «Чё это было?» спросил он. Оказывается, остановился на обочине, чтобы отлить, а пара пуль пробили ему крыло... Экстрим по-русски?
Вернемся ко мне. :) Относился я к вопросу поступления трепетно, потихонечку готовился к выпускным школьным и вступительным университетским испытаниям — читал книжки. Тренинг потихонечку ушел на второй план, ибо надо было поступить. Без блата. И я поступил на исторический факультет. На юрфаке меня «срезали» уже на изложении. О том, что это был чистой воды «отшив» могу сказать следующее: на истфаке я написал изложение на «5», а на юрфаке, когда дали мне проверить свою работу, я увидел массу необъективных исправлений. Даже если бы я подал апелляцию, мне подняли оценку максимум на один балл. А с «тройкой» поступать дальше было нереально...

Томск. Семинар по кобудо
После успешного поступления, практически сразу, я и одноклубница Катя Сидорова полетели в Томск. О поездке я знал еще до экзаменов: Глазунов принес письмо, пришедшее ему на адрес Федерации каратэ Калининградской области (собственно, его домашний, если память не изменяет). В конверте лежало приглашение на семинар по Рюкю кобудо, который организовал Леонид Щепкин, в прошлом калининградец (в годы учебы в институте КВИМУ). Щепкин тренировался у Макса Левинтаса (да и сам потом при мне называл и Глазунов одним из своих учителей). Калининградский период был весьма результативным в его спортивной карьере. В начале 80-ых он, кажется, на «Кубке двух столиц» в Каунасе победил Ромаса Навицкаса. Надо сказать, тогда литовцы очень активно выступали на советских мероприятиях и «тяжи», к числу которых можно отнести и Ромаса, становились призерами чемпионатов СССР. А Ромас с тогда еще молодым Щепкиным не смог справиться. Потом я расскажу, что сам Леонид Владимирович вспоминал о том поединке. А Ромас, если я правильно понял, запомнил то поражение. Кстати, однажды в его додзё мне на глаза попалась заметка из старой газеты. В ней рассказывалось о каких-то крупных соревнованиях «дозапретной эпохи» в Питере. И называлась она «Подсечка Барткявичюса». Барткявичюс — тоже Ромас — был коллегой Навицкаса. И Навицкас поделился с ним одним из сложных приемом — низкой подсечкой с разворотом, которую мы именуем «хвост дракона». И вот казус — «первооткрыватель» подсечки Навицкас, а этим приемом прославился Барткявичюс. Который, кстати, потом развивал Сётокан.
В общем, где-то глазунов раздобыл деньги и мы полетели в Томск. Это был первое мое путешествие на самолете. И натерпелся я страху... Сидел я прямо возле двери аварийного выхода. В щели сквозило. Пластиковые панели «играли» со скрипом. Я боялся, что самолет развалится. Но долетели в лучшем виде. Сев на рейсовый автобус ПАЗ проехались в город, а затем в Академгородок, где проводился семинар.
Выгрузившись у нужной гостиницы, мы встретили ребят нашего же возраста, учеников Щепкина — оказалось, он распорядился встречать всех приезжих, регистрировать и помогать с попаданием на тренировки. Я, конечно, не помню всех ребят. Да и как-то в памяти осталось совсем немного. НО вот Вячеслав Рогозин, один из лучших учеников Щепкина, ныне возглавляющий Федерацию Годзю-рю Томской области и активно развивающий кобудо Тэссинкан в Сибири, был среди них. Благодаря ему появились фотки, которых я раньше никогда не видел. Вот эта, например. И те, что ниже.

Опубликованное фото
Павел Долгачев, Сергей Кривов (в настоящее время в Томске тренирует по армейскому рукопашному бою и панкратиону), Вячеслав Рогозин.

Только мы разместились в номерах, спустились в фойе, как услышали: «Калининградцы? Где?». Это Щепкин обрадовался приезду гостей по приглашению и был необычайно рад. Мы представились. «А Лёня, Лёня Сидорович где?» - спросил он, надеясь, что приехал его закадычный друг. Что я знал на тот момент о Сидоровиче — рассказал. Щепкин, конечно, расстроился. Но нас принял очень тепло. Мы разговорились. Он с огромным удивлением узнал, что Глазунов стал заниматься Годзю-рю, а Левинтас возит команду не куда-нибудь, а на Чемпионат Европы. Правда, была и «ложка дёгтя». «Так вы Джундокан Годзю-рю занимаетесь? А-а-а... Это те самые, что умеют только бороться», - сказал он. Мы удивились. Потом, на этом же семинаре фразу почти слово в слово про то, что в «Джундокане умеют только бороться» повторил еще один человек — Александр Гендриксон. Оказывается, такую версию озвучил их сэнсэй — Хигаонна Морио. И так оно и закрепилось в сознании многих людей. Ирония судьбы — спустя некоторое время и Щепкин, и Гендриксон перешли из IOGKF, организации Хигаонны, в Дзюндокан. Щепкин тоже был призером европейских соревнований по Годзю-рю — но только по версии IOGKF.
Щепкин был настолько увлечен Годзю-рю (думаю, увлечен и сейчас), что прямо в холле демонстрировал технику Годзю-рю. В частности, показал нам ката Сэйюнтин, до которого мы ще на тот момент не добрались. О технике на черные пояса и думать не приходилось.
Вести тренировки была приглашена женщина — Кэтрин Лукопулос (Katherine Loukopoulos), гражданка США, проживавшая на Окинаве.


Опубликованное фото
Кэтрин на Окинаве. Фото © Paul E. Truesdell, Jr.. Источник, откуда скопировал - http://www.goju-fan.....ru/ph_m_r.html

Тренировки шли по двум направлениям — каратэ и кобудо. В каратэ она демонстрировала как классическую технику и кихон Годзю-рю и Мацубаяси-рю, так и спортивные «примочки». Признаюсь, даже тогда меня american style kumite не впечатляло. Отклоны при проведении ударов руками, не всегда понятные нам позиции, достаточно простенькие drills (упражнения), которые для нас, бившим друг другу лица (пусть коряво, но от души) казались детской игрой. Хотя Катя, как ее называли наши коллеги, была призером чемпионата мира по версии WUKO. Видимо, американская школа спортивного каратэ была специфичной, унаследовав характерные черты «поиска» 60-ых годов, когда только-только формировался облик поединков по «бесконтактным» правилам. И если европейское каратэ, рожденное WUKO разительно отличается от более жесткого и принципиального кумитэ сёбу-иппон Японии, то американское — и того дальше. В этом я убедился позже, когда побывал на соревнованиях в Штатах. Но об этом в другой раз.
А вот с кобудо был полный порядок. Катерина буквально завалила информацией. Прежде я никогда не держал в руках бо. «Нунчаками» специально размахивал перед семинаром, пытаясь чего-то освоить. Об остальных видах оружия не думал — не до того было во время подготовки к поступлению. И, что важно, мы «лоханулись», когда поехали в Томск. Мы не взяли с собой никакого оружия. Ибо не было. Но тут выручил Леонид Владимирович, предоставив и шесты, и нунтяку. Впрочем, не нам одним не хватало оружия. Катерина делила участников семинара на группы. Те, кому хватило бо, отрабатывали технику бо, у кого были нунтяку — ими работали. Счастливчики, которым далось изготовить сай и тонфа, работали с ними. Затем все менялись друг с другом оружием, а Катерина металась от одной группы к другой. В общем, проявили смекалку.


Опубликованное фото
Молодежная тусовка
Опубликованное фото
Опубликованное фото
на тренировках в составе младшей группы. Инструктора и многие други участники семинара почему-то в кадр не попали.

Что интересно, Катерина жила с нами в одной гостинице, а на тренировки всю нашу развеселую компанию приезжих участников возил старый советский автобус. Ожидая его приезда мы сидели в холле, а Катерина рассказывала о себе, о мастерах. Показывала различные фото. Одна из фотосессий, сделанная незадолго до приезда в Россию, была специально посвящена кобудо. В паре с каким-то японцем она демонстрировала различные приемы. Расказывал о своем «проколе»: во время первого в СНГ семинара по Рюкю кобудо в Алма-Ате привезла с собой книгу Марка Бишопа «Окинавское каратэ». Тогда она еще не была издана на русском, и ее английскую версию, подренную кому-то, тут же растащили, как я понял, на ксерокопии... Хигаонну задело это — в книге он упоминается как ученик Миядзато Эйити (Дзюндокан), а сам признает своим учителем только Мияги Анъити. Кэтрин рассказывала, что окинавцы, даже если и не дружат между собой, в международных вопросах могут выступить солидарно. В частности, и в этой ситуации Хигаонна звонил учителю Кэтрин (по ее словам) Уэхаре и просил повлиять... В общем, знакомая история. Рассказывал Кэтрин о различиях окинавского и японского каратэ. Нас, в большинстве своем, годзюристов, конечно, интересовали окинавская и японская версии стиля.
А приезжие участники семинара, среди которых было множество инструкторов, активно обсуждали самые животрепещущие темы в мире боевых искусств.

Кусий, Чугунов, Гендриксон, Ситник и другие
Перед первой же тренировкой по кобудо в зале я увидел крепкого, широкоплечего мужчину с прической «площадка». Он выполнял ката с бо, в одном из приемов подбрасывая, а затем подхватывая его и нанося стремительный удар. Оказалось, это был Валерий Кусий из Одессы. Он тогда также обратил на себя внимание своим необычным каратэ ги — оно было с широченными рукавами и брюками. Оказалось, супруга пошила ему костюм с расчетом на усадку ткани, но не угадала... Валерий Модестович в промежутке между тренировками рассказывал и о себе по нашей просьбе, и о семинарах по Годзю-рю. В спорте давно. Был призером или победителем Чемпионата СССР по каакому-то из многоборий, занимался спортивной гимнастикой. В каратэ начинал, насколько я помню, с «советского Шотокана», но когда выпала судьба попасть на семинар к Хигаонне, больше ни о чем, кроме Годзю-рю не думал. Он с охотой демонстрировал нам с Катей бункай на ученические ката Годзю-рю. Для этого мы выходили из гостиницы за ее угол и проводили импровизированную тренировку на асфальтовой дорожке. Что тогда впечатлило — маэ-гэри он бил кончиками пальцев и сбивал мне таким ударом дыхание. И еще похвалил за отношение к амуниции: перед обедом в ресторане при гостинице мы (точнее, Катя Сидорова, а я — поп ее примеру), переодевались в цивильное, а остальные не сильно «заморачивались».
Одним из самых-самых ветеранов был Владимир Иванович Чугунов. Если я правильно вспоминаю — полковник КГБ. «Кэй-Джи-Би!» - шутила Кэтрин Лукопулос при случае. :) мужик, как мне показалось, фанатично преданный каратэ, а в довольно далеком прошлом — футболист, «растерявший» мениски в бескомпромиссных играх. Ну и курение (пачку за пачкой смолил) ему не очень-то здоровье укрепляло. Позже, когда я был в офисе его охранного агентства в Москве, то увидел диплом на 5 дан по Дзёсинмон, полученный еще в «годы запрета» из рук кубинских инструкторов. А тогда, в начале 90-ых, он заинтересовался Годзю-рю — как и многие российские каратисты. Где он сейчас и как — не представляю. Александр Афанасььевич Гендриксон, его давнишний приятель, наверняка знает, что и как. Но я что-то не спрашивал при встрече...
Вот здесь http://www.sovsekret...es/article/2076 статья о каратэ 70-80-ых. Многое там рассказывает «идоеологический диверсант №1» (см. текст) Владимир Чугунов.
Еще в семинаре принимал участие Владимир Ситник, крепко сбитый, очень вежливый и интеллигентный инструктор из г. Артемовска Екатеринбургской области. Здесь о нем - http://goju-kan.com/...x/sitnik_vg/0-7

Опубликованное фото
Кэтрин корректирует технику сай Ситника. Источник - http://www.goju-fan.....ru/ph_m_r.html

Из Алма-Аты приехали несколько человек. В частности Амангелды Карменов и его ученик Мурат. Потом, через много лет Аман возглавлял Казахское представительство IOGKF. А еще из столицы Казахстана прилетел Александр Гендриксон, на тот момент, кажется, уже не шеф-инструктор СССР по IOGKF (Советского Союза уже не было), но ведущая персона этого направления в стране. Наверное, только у него в бывшем СССР был 3 дан по стилю. Он также с интересом отметил, что Годзю-рю попало в Россию, и это было не IOGKF. Что еще интереснее, оказалось, что в его панах — перебраться поближе к Европе. То есть, к нам, в Калининград. И что с ним приедут и его некоторые ученики.
Еще на семинар заглядывал приятель Щепкина. Насколько я помню, он считал себя приверженцем Кёкусина, а также руководил детско-юношеским патриотическим клубом. Его ученики в «комках» демонстрировали показательные выступления — способы защиты от ножа и автомата с примкнутым штыком. Ребята очень даже здорово демонстрировали технику, что называется, «с огоньком». В одним из приемов противника бросают на пол лицом вниз и имитируют добивание штык-ножом. Чтобы произвести впечатление, удар ножом выполнялся в пол, при этом лезвие (штык от АКМ держался обратным хватом) поднималось вверх, а в пол оружие утыкалось торцом рукояти. Но тут вышла загвоздка — упавший партнер держал руку на полу у плеча, и лезвие все-таки полоснуло по тыльной стороне кисти. Крови было немало, но рану перебинтовали.
В то же время загорелся показать, что такое «кобудо по-кубински» Владимир Иванович Чугунов. Он взял в руки автомат, рассказал, что кубинцы на основе техники палки дзё разработали комплекс приемов с автоматом для своих вооруженных сил. И тут же блестяще его продемонстрировал.
Еще в семинаре принимали участие двое инструкторов, кажется, из Челябинска. Могу ошибаться, но они также руководили военно-патриотическим клубом, а сами в прошлом служили в ВДВ. Однажды вечером мы ужинали в ресторане при гостинице. Там «ненавязчиво» долго несли заказанную пищу, стараясь дотянуть до «часа Ч», когда в ресторане начинался стриптиз. Мы старались пораньше смыться. Поверьте, смотреть там было не на что — понятие о стриптизе в те годы, видимо, было весьма условным, и между столами с балетными «па» выступала обернутая тюлевой занавеской девушка! А за то, что ты присутствуешь в это время, надо было дополнительно платить. Чего разорившиеся на путешествие каратисты делать не хотели. В общем, сидели мы в рэсторане. За одним из соседних столиков развеселая компания начала бушевать. Один из крепко выпивших мужиков подошел к столу, где сидела Кэтрин и старшие инструктора, потом развернулся, оперся на стол напротив, а затем взял со стола нож (обычный столовый), развернулся и с размаху воткнул его перед лицами мирно беседовавших граждан. Челябинцы среагировали мгновенно — я еще ничего не понял, а мужику уже «завернули ласты» и повели к дверям. Леня Щепкин запрыгнул на стол и последовал за ними. В общем, пьяный мужик хотел подпортить настроение людям (возможно, чисто случайно), но попортили ему физиономию. И за дело.

Предыдущая "серия" - http://www.budo-foru...-sebe-1992-god/




Декабрь 2016

П В С Ч П С В
   1234
5 67891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

My Picture

Latest Visitors