Перейти к содержимому


  




Наша биография

Автор: Итагаки, 17 Ноябрь 2014 · 1 427 views

И не думать об этом нельзя,
И не помнить об этом не в праве я.
Это - наша с тобою судьба,
Это - наша с тобой биография!

Прошу прощения за пафосный эпиграф, но он очень хорошо передаёт то, что я чувствую, когда вспоминаю первое десятилетие своих занятий каратэ.
Вернувшись домой после службы в Армии весной 1985-го года, я застал ситуацию законодательного запрета на обучение каратэ. Пообщавшись со старыми товарищами, я узнал, что тренировки продолжаются, но к новичкам настороженно присматриваются, опасаясь «провокаторов». То есть, обратившись с просьбой начать тренироваться, ты изначально попадаешь под подозрение – а не засланный ли ты «казачёк»?
Опубликованное фото
Имея за спиной пятилетний стаж занятий, делом доказавший свою лояльность, я не мог смириться с такой несправедливостью, поэтому решил ни к кому «на поклон» не идти, а продолжать практику с теми, кому не нужно было доказывать то, что я «не верблюд». Таким человеком стал для меня бывший «одногруппник» Александр Лосев, самостоятельно постигавший ушу. Однако, в силу житейских проблем, мы не могли заниматься вместе с той же интенсивностью, каковая была нам доступна раньше – он уже был семейным человеком, я обременён работой. Мы тренировались только раз в неделю, а этого было явно недостаточно. Очень скоро я нашёл себе напарника – Павла Карвеля, с которым мы учились в параллельных классах и начали тренироваться вместе ещё в школе. О том, чтобы арендовать зал, не могло быть и речи. Мы тренировались «на природе» - в Калнгале, Вецмилгрависе, Мангали и Саркандаугаве – в лесных массивах, на удалённых полянках, куда не заглядывали любопытные. Мы специально применяли «рваный график» для того, чтобы нас было тяжелее «вычислить», изменили методику, оставив только разминку, общефизическую подготовку и спарринг, переодевшись в спортивные костюмы вместо каратэги. Из «спецсредств» у нас были только боксёрские лапы и самодельные накладки на руки, поэтому мы были готовы придерживаться версии, что мы боксёры-энтузиасты.
Мне было понятно, что эта «легенда» шита белыми нитками, поэтому требовалось более веское обоснование нашему увлечению. Ответ лежал на поверхности – охрана общественного порядка! В то время было востребовано движение «народных дружин» - на каждом предприятии формировались «дружины», работающие в тесном сотрудничестве с милицией, патрулирующие улицы городов в вечернее время суток. Эта деятельность поощрялась дополнительными сутками отдыха, которые добавлялись к отпуску, что находило понимание активистов в рабочей среде. По месту своей работы я изъявил желание влиться в ряды народной дружины, но не столько за пару лишних отпускных дней, сколько из-за «красных корочек», которые можно было бы предъявить работникам милиции, которые захотят полюбопытствовать, чего ради мы с Пашей «мордуем» друг друга в лесополосе.
Опубликованное фото
Помимо «Добровольной Народной Дружины» (ДНД), существовал ещё и «ОКОД» (Оперативный Комсомольский Отряд), но туда я не вступил, имея более вескую причину. Учась в школе, мы привыкли состоять в рядах октябрят, пионеров, комсомольцев, не подозревая, что это может наложить какие-то требования. А вот в армии я столкнулся с тем, что от членов ВЛКСМ требовали особой усидчивости в службе. В то время, когда «несоюзная молодёжь» занималась по своему плану, комсомольцев мобилизовывали на собрания, субботники, курсы повышения квалификации – словом, мешали проводить свободное время по своему усмотрению. Увольнявшись в запас и получая документы в строевой части, я узнал, что моя учетная карточка члена ВЛКСМ где-то затерялась и мне обещали её переслать по почте. Честно подождав этого перевода несколько месяцев, я решил не легализовываться, усмотрев в этом обстоятельстве «перст судьбы», поэтому не оставался на комсомольские собрания, не платил взносы и не выполнял никаких поручений.
Опубликованное фото
Однако, случилось так, что армия, «освободившая» меня от комсомола, меня туда же и вернула. В апреле 1986-го года я получил повестку в райвоенкомат, где мне было сказано следующее: «Или поезжай в Чернобыль на три недели для устранения последствий аварии, или в Гусев на трёхмесячные офицерские сборы!». Наверное, можно было бы найти и другие способы для разрешения этой дилеммы, но я был воспитан законопослушным гражданином, уклоняться от контактов с военным комиссариатом мне не хотелось, поэтому я выбрал три месяца в славном городе Гусев Калининградской области (как позже оказалось – малая родина знаменитого Олега Газманова). Военком деловито рассказал куда и когда необходимо явиться и какие документы при себе иметь В числе этих документов была и комсомольская характеристика с места работы. Меня бросило в жар – какая ещё характеристика, ведь на работе я официально считаюсь «несоюзной молодёжью»! Под меня периодически «подбивали клинья» различные активисты во главе с комсоргом, но я всегда давал размытые ответы под девизом «мне ещё надо подумать». И вот момент этого «обдумывания» настал! Я кивнул военкому и пошёл к выходу, прикидывая, сколько времени у меня осталось для решения всех поставленных вопросов. А времени, нужно сказать, было достаточно. На следующий же день я подошёл к комсоргу, моему ровеснику из лакировочного цеха, ввёл его в курс дела и нашёл понимание. Мне нужно было срочно вступить в комсомол и получить от него характеристику. После работы мы поехали в Районный Комитет Комсомола, где меня принял самый главный комсомольский вожак (с которым мы ещё недавно занимались дзюдо в «Даугаве»). Он отнёсся ко мне по-отечески, побеседовав на разные житейско-производственные темы, а также про внутреннюю и внешнюю политику страны. «Что ж, Игорь, я очень рад, что ты принял осмысленное решение и вступаешь в ряды ВЛКСМ. Такие люди нам нужны! Надеюсь, что очень скоро мы сможем поговорить и о твоём вступлении в КПСС!». Опустив глаза долу, я промямлил, что ещё не готов так форсировать события. Если «комсомольский возраст» истекал на 28-м году жизни, то членство в партии связывало меня с ней навсегда – я не видел себя пламенным коммунистом, а делать карьеру «красной книжечкой» считал недопустимым. Я был и остаюсь человеком слова – свои обещания я всегда выполняю. Если обстоятельства заставили меня вернуться в комсомол, то я вернулся туда не для членства, а для работы.
90 дней армейских сборов тянулись долго, но всё имеет свой конец – в августе я вернулся домой, а осенью получил по почте уведомление о том, что Министр Обороны своим очередным приказом присвоил мне звание младшего лейтенанта запаса. Военком, который убедился в моей лояльности, ещё несколько раз посылал меня на различные сборы по переподготовке, в результате которых моя воинская специальность каждый раз изменялась, а общее количество срока службы (включая срочную) приблизилось к трём годам! Но меня это не очень беспокоило – на работе мне начисляли среднюю зарплату, стаж не терялся, только отпуска передвигались на разные сроки, а я успевал соскучиться по жене и маленькой дочери. Завершилась эта эпопея в начале 90-х годов по всем известным причинам, поставившим крест на моей «военной карьере».
Когда же я, после первых сборов вернулся к мирному труду, меня с радостью принял в свою среду комсомольский коллектив родного предприятия. Очаровательные девушки периодически «выдаивали» членские взносы, раз в месяц приходилось высиживать собрания и принимать решения по банальным вопросам. Донимал также и культмассовый сектор, принуждая участвовать в различных соревнованиях и первенствах. На одном из спортивно-патриотических сборов, посостязавшись в массе конкурсов, начиная от футбола и подтягиваний до разборки и сборки АКМ, меня осенило, что по комсомольской линии можно выйти на легальные занятия каратэ! Сделав несколько откровенных намёков нужным людям, я вышел на след районного ОКОД и даже посетил несколько их занятий. Увиденное разочаровало – молодые ребята играли в настольный теннис вместо овладения навыками рукопашного боя и силового задержания, а «инструктор», снизошедший до спарринга со мной, пропустил массу «смертельных» ударов и несколько раз вынужден был сдаваться после бросков и завершающих болевых и удушающих приёмов. Учиться военному делу настоящим образом никто из них не желал, похожая картина наблюдалась и в штабе ДНД, где умудрённые опытом ветераны труда увлечённо играли в нарды вместо того, чтобы патрулировать район. Видя моё рвение, инструктор райкома вынес предложение создать ОКОД на нашем предприятии. На очередном комсомольском собрании, мастер столярного участка Янис Нагла зачитал льготы которыми будут пользоваться «бойцы ОКОД» - три дня к отпуску, ежеквартальные денежные премии, бесплатный проезд в общественном транспорте … «Думаю – саркастически закончил свою речь Янис – желающих будет много!». Он оказался прав, над головами собравшихся при голосовании «За» одиноко поднялась только моя рука. «Как же так! – воскликнула обладательница длинный ног, точёной фигурки и симпатичного личика Жанна – Илья! Ты же говорил, что занимался каратэ, айкидо знаешь! Почему ты молчишь?» Представитель ИТР (инженерно-технический работник) Илья с труднопроизносимой фамилией Фонштерндикер в ответ беззвучно шевелил губами умоляя Жанну напрячь извилины и догадаться, что «забивать баки» очаровательной девушке в курилке, это одно, а конфликтовать с реальными хулиганами – совсем другое! Таким образом, по объективным причинам, оперативный комсомольский отряд на нашем предприятии организован не был, а вместе с ним загинула и моя мечта легально заниматься каратэ без отрыва от производства.
Опубликованное фото
Однако, не нужно думать, что мы маялись без дела в ожидании официального разрешения на занятия каратэ. Всё это время я продолжал тренироваться с Лосевым, честно пытаясь овладеть ушу. Приходилось переучивать всю технику, заново осваивать стойки, передвижения, удары руками, ногами, защиту… Неожиданно я получил «иммунитет» от этих новшеств – рождение дочери повлекло перестройку моего графика – утром я занимался с ребёнком, а вечером работал во вторую смену На некоторое время я выпал из графика тренировок и у меня появилось время для того, чтобы осмыслить, тем ли я занимаюсь? После серьёзных раздумий стало очевидно, что ушу не для меня. Всё это время моего «самокопания» Лосев периодически звонил мне и не давал хандре развиться до критических размеров. Сейчас я понимаю, что если бы не он, наверняка я бы бросил занятия. Но он не давал мне пойти ко дну, рассказывая о тренировках, про успехи своих учеников. Как-то он небрежно сказал: «Мои ребятишки вышли на такой уровень, что и тебе запросто накостыляют!». Не берусь сказать, что это было – провокация или реальное суждение но это меня завело. Как это так? Какие-то молокососы смогут меня побить?! При первом же удобном случае я приехал на тренировку, дождался боёв и «отстоял» около десятка спаррингов со всеми его лучшими учениками, доказав, что Лосев всё сильно преувеличил. Но Саня только посмеивался – он хотел меня встряхнуть, и у него это отлично получилось. Я тоже понял, что нельзя стоять на месте, молодёжь прогрессирует быстрее нас, поэтому многолетняя фора сгорает быстрее, чем это может показаться нам. Я вернулся к регулярным тренировкам вначале как «старший ученик», а затем и как «помощник инструктора». Перекладывая на меня часть тренерских обязанностей, Лосев торжественно вручил мне удостоверение тренера-общественника общества «Динамо» по специализации «дзюдо». Сам он работал в милиции и всегда мог «отмазаться», а меня подставлять не хотел. Как он мне объяснил, написать там «каратэ» означало навлечь дополнительные разбирательства а «дзюдо» никто разбирать не станет, к тому же это давало возможность заниматься в кимоно!
Опубликованное фото
Нам было ясно уже тогда что все эти «бумажки» нисколько не защитили бы нас, вздумай кто-то взяться за разбирательства по-настоящему, но этого бы вполне хватило для того, чтобы отклонить «первый удар». На наше счастье, нам не довелось предъявлять эти документы, но мы не исключали такой возможности. Сейчас это может кого-то развеселить или вызвать недоумение, но всё это – часть нашей истории, часть нашей жизни.




Игорь сан, как всегда прекрасно написано, аригато!
    • dzitsu это нравится

Часто случается так, что взяв в руки давным-давно позабытую вещь, очень ярко вспоминаешь массу интересных историй с ней связанных. Так случилось и на этот раз когда я раскопал в своих "закромах" старые значки и документы.

    • ilho и dzitsu пользователям это нравится

В латышском языке нет аналога слова "дружинник", особенно в данном контексте Словосочетание "Kartibas sargs" можно перевести как "Страж порядка".

 

kSMUhRAftSA.jpg

    • dzitsu это нравится

Да...Тренировались в годы запрету

в лесу на сталинской даче Ближней. Там весь лес каратистами кишел))

в спортгородке МГУ

в коридоре из зала бокса и борбы в гимнастический зал МГУ - там много интересных битв было - место такое само за себя работает

в зальчиках дома аспиранта на шверника

на стадионе инфизкульта

в битцевском парке

в райотделе милиции

в дер. Барвиха в натуральной избе снятой группой единомышленников для этого. Тогда Барвиха не то что сейчас..

в фехтовальном зале спорткомплекса кунцево - туда знакомый ушуист пускал. Теперь там мебелью торгуют(((

в подвалах где народ хоронился.

на крыше между главной башней мгу и пристройками башенками. Там дофиг каких караюг ушуяк было наших и иностраннешных ( вьеты там тож приходили с нашего факультета вьетнамское свое тренькали. Пару плюх рабочих показали весьма. от нас спаррингу тож набрались..

Декабрь 2016

П В С Ч П С В
   1234
567 8 91011
12131415161718
19202122232425
262728293031