Перейти к содержимому


  




Чёрный пояс. Часть девятая.

Автор: Итагаки, 12 Февраль 2012 · 1 244 views

Служба в армии не была лёгким занятием, особенно тяжёлыми выдались первые полгода в сержантской учебке, когда мы немного переводили дух только за пределами части - на сельхозработах в прилегающих колхозах. В обычное время, с подъёма и до отбоя мы не имели ни одной свободной минуты - нам находили занятие даже тогда, когда в распорядке дня значился отдых. Чаще всего нас вели на плац заниматься строевой, либо в спортгородок на полосу препятствий. Не раз и не два я мысленно благодарил и Орлова, и Пантелеймона за то, что они не давали нам пощады на тренировках, закаляя наш характер - сила воли играла не менее важную роль, чем сила физическая!
Но даже в армии я находил возможность для тренировок - в "учебке" убегал с сержантами по своему маршруту и утреннюю зарядку проводил в отработке базовой техники, а два раза в неделю во время "самоподготовки" меня вызывал начальник Особого Отдела, с которым мы тренировались в зале спортивного комплекса. Позже, когда мы "уехали в войска", моё сержантское звание и должность уже позволяли спланировать режим так, чтобы в нём были "окна" для занятий каратэ. На каждом новом месте я "зондировал почву" на предмет выявления "каратистов" - они были везде! То есть везде мне встречались люди, заявляющие о себе, как о серьёзных бойцах, обладающих какими-то степенями, но после первой же совместной тренировки выяснялось, что их реальные навыки очень далеки от того, что они себе приписывали. Если они и продолжали совместные тренировки, то в качестве моих "учеников", не переставая удивляться, что моя степень в каратэ отмечена только белым поясом. За два года службы я не узнал ничего нового в технике, зато неоднократно смог проверить свои реальные навыки и понять, что меня учили правильным вещам.
Всё это время я не прерывал связи со своими товарищами по динамовской сборной – накануне нашего ухода на службу, мы обменялись адресами и регулярно переписывались. В армию мы уходили «в несколько этапов», которые растянулись на два года, когда я вернулся в Ригу, кто-то уже полгода был дома, а кому-то ещё оставалось дослуживать год. Уголовная статья за незаконное обучение каратэ уже была принята официально, поэтому все занимающиеся каратэ перешли на режим строжайшей конспирации. В первый же день я встретился с Александром Лосевым и сказал ему о своей готовности продолжать занятия. Прежде чем что-то мне ответить, Лосев очень тщательно начал расспрашивать меня о серьёзности этих намерений, потом сказал, что «отошёл от Сэн Э» и стал самостоятельно изучать ушу. Нужно сказать, что ещё Пантелеймон говорил нам, что каратэ – это начальная школа, а ушу (кунфу) – более продвинутое учение, которое он стал постигать сам, и понемногу знакомил с ним нас. В нашей группе Лосев по праву считался лучшим учеником Пантелеймона, поэтому я совершенно искренне сказал ему, что мне всё равно что изучать, лишь бы заниматься с ним. С этого памятного дня, 29-го мая 1985-го года, мы связали свои стремления в постижении боевых искусств воедино, и долгое время работали бок о бок. Немного позднее мы, связавшись с Айгаром Крувесисом (ещё одним "внутренним учеником" Пантелеймона), встретились прежним составом в Зиедоньдарзс, в самом центре Риги, чтобы обсудить создавшееся положение. Кроме Айгара, Лосева и меня, пришли Вадим Григорян, Владимир Яросевич, Юрий Лывкиш и ещё кто-то, чьих имён я уже не припомню. Айгар был чуть старше нас, он только что закончил Институт Физкультуры, был женат и нянчился с новорожденной дочкой, так что житейской мудрости ему было не занимать. Он сказал нам, что Пантелеймон не хочет продолжать тренировать кого бы то ни было и передал нам его слова: «Ребята, не называйте меня Учителем, я такой же ученик, как и вы, зовите меня просто Сергеем». Как я сейчас понимаю, к своим старым проблемам с милицией, он не хотел прибавлять новых, которые «пахли» реальным тюремным сроком. Айгар несколько раз произнёс: «Мы уже не маленькие, поэтому не нужно ждать, что нас будут кормить с ложечки!». Мы решили продолжать тренировки самостоятельно, встречаясь для этого в Калнгале, и несколько недель продержались в выбранном режиме. Но, оказавшись без контроля тренера, наша, стихийно созданная группа, распалась сама собой. Я же продолжал занятия с Лосевым, вокруг которого собралось несколько ребят – Сергей Титов, Сергей Смирнов, Рубен Богданович. Мы тренировались в боксёрском зале 33-й болдерайской школы, который помнил ещё Пантелеймона, и на болдерайском пляже. Несколько раз мы приезжали в «Динамо» к Александру Шестакову, но потом нас попросили «отчалить», чтобы не подставлять его. Дело в том, что в любой момент в зал могли явиться «товарищи в штатском» и проверить служебные удостоверения всех каратистов, а тренироваться разрешалось только милиционерам, коими мы не являлись.
И тут неожиданно выяснилось, что запрет не распространяется на тех, кто занимается «китайской гимнастикой ушу», а также «русским рукопашным боем». Совсем как 10 лет назад, в газетах, журналах, по телевидению стали популяризировать «китайскую оздоровительную гимнастику» и «рукопашный бой», выпячивая их достоинства за счёт нещадной критики «японского каратэ». С экрана телевизора Тадеуш Касьянов, не снимая своего чёрного кимоно, на фоне группы, исполняющей запрещённые ката Сэн Э, говорил о том, что «не нужно путать японское каратэ с русским рукопашным боем». Показательные выступления с участием старых бойцов Сэн Э во главе с Вячеславом Семенковым в помещении Планетария (ныне Кафедральный Собор), провёл Марис Абилев. Демонстрировались те же ката, но подавалось это уже как «ушу», а на участниках были стилизованные китайские костюмы. На вопрос, не постигнет ли ушу участь каратэ, Абилев ответил буквально следующее: «Смотря в какие руки оно попадёт!». Но всё осталось на своём месте, в тех же самых руках, просто стало называться по-другому.
Уже через год Лосев повесил объявление о наборе «группы ушу» и собрал полный зал желающих заниматься, сделав меня своим помощником. Глядя на то, как «перекрасились» первые лица Сэн Э, забыв заветы, которые некогда с таким пафосом вбивали нам в головы, я почувствовал себя свободным от всех обязательств и углубился в самостоятельные изыскания. Хоть я и пытался честно овладевать стилем нань-цюань, который преподавал тогда Лосев, у меня мало что получалось. Руки и ноги скучали по каратистским ката, поскольку в вольных боях недостатка не было (в бою грань между каратэ и ушу исчезает моментально). Поэтому я очень быстро научился совмещать новую технику со старой, продолжая практику каратэ. Поскольку теперь я не был связан «рамками стиля Сэн Э», то стал все известные мне ката практиковать по канонам Шотокан, сверяясь с книгами Накаямы (Кёкушинкай Оямы мне, почему-то, не понравился). В то время стали появляться виды единоборств, которые раньше мы видели только на фотографиях – кикбоксинг, таеквондо, айкидо, вьетводао, джиу-джитсу, тайцзи-цюань, которые внедряли знакомые мне (по тренировкам дзюдо и каратэ) люди. Я не преминул воспользоваться этим «блатом» и «протестировал» то, что предлагалось в качестве альтернативы запрещённому каратэ. Тогда стало очевидным, что мне подходит только то, что «сделано в Японии» - каратэ, дзюдо, айкидо, джиу-джитсу, остальное меня «не цепляло».
Между тем, гонения на каратэ несколько поутихли. Не знаю, что этому способствовало, может быть то, что всё осталось на своих местах, только под новыми названиями, а может, что само социалистическое государство – СССР, стал трещать по швам. Была создана Латвийская Федерация Каратэ, первым президентом которой стал Марис Абилев, он же провёл в Риге два Фестиваля Ушу, на который со всего Союза и из-за рубежа приехали представители как ушу, так и каратэ, включая делегацию из Москвы со всем цветом Сэн Э – Тадеушем Касьяновым, Михаилом Крысиным, Романом Стёпиным. Огромный зал Рижского Спортивного Манежа оба раза забивался до отказа, что говорило о несомненном интересе народа к каратэ и ушу. Без особой огласки, но с полной комплектацией, состоялся первый Чемпионат Латвии по каратэ, на который своих учеников выставил и Лосев (чемпионами они не стали, но выступили достойно).
За два года службы я утерял связь с "линией латвийского Сэн Э", а мой товарищ Игорь Врублевский, ещё так недавно преданный "Школе", разочаровался в ней и тоже тренировался самостоятельно. Ещё в 1982-м году трагически погиб Сергей Травин, Александр Шестаков переключился на рукопашный бой по линии "Динамо", лидером стал Марис Абилев, который несколько лет спустя стал развивать каратэ Годзю-рю. Под знамёнами Сэн Э оставалось всё меньше "старых бойцов", одними из "последних могикан" стали Анатолий Матюшенко (единственный латвийский "чёрный пояс" по Сэн Э) и Александр Рыбак, а также Андрис Абилев. Но последним официальным представителем Сэн Э Тадеуша Касьянова в Латвии ныне является Александр Рыбак и его ученики-инструктора Роман Рыбак и Игорь Пихуревский (все трое обладатели "коричневого пояса" Сэн Э).
Когда Лосев стал вести тренировки легально, то в зал он пришёл с чёрным поясом. Это стало неожиданностью даже для меня, точнее, только для меня это и стало неожиданностью - я то знал, что никаких экзаменов он не сдавал. "Зачем ты одел чёрный пояс, Саня - спросил я - тебе же его никто не присваивал?", "Я тренирую бойцов, для которых являюсь авторитетом - ответил он - а если кто-то сомневается в моих способностях, пусть придёт сюда и вызовет меня на поединок!". К тому времени стаж наших занятий насчитывал более 10-ти лет, способности Лосева я знал прекрасно - он был более чем достоин носить чёрный пояс по всем критериям, поэтому экзамен для него был пустой формальностью, которой он попросту принебрёг. Я мог бы последовать его примеру, но решил всё же найти официальную организацию, которая смогла бы меня аттестовать. Дело в том, что я уже давно помогал Лосеву вести тренировки, а времена тренеров с белыми поясами уже прошли. Сдавать экзамены авторитетным латвийским специалистам означало одно - вступать в их организацию, да и не было тогда в Латвии тех, кого бы мы считали авторитетом такого уровня. Оставалось одно - искать мастеров за пределами Латвии.

Прикрепленные миниатюры

  • Прикрепленное изображение





Декабрь 2016

П В С Ч П С В
   1234
56 7 891011
12131415161718
19202122232425
262728293031