Перейти к содержимому


  




Чёрный пояс. Часть восьмая.

Автор: Итагаки, 12 Февраль 2012 · 586 views

К мысли, что мне придётся служить в армии, меня готовили с самого раннего детства «семья и школа». Это считалось уделом настоящих мужчин. Все мои дедушки прошли Великую Отечественную Войну, заслужив боевые ордена и медали, которые я, с замиранием сердца, мог потрогать собственными руками. Нынешнему поколению это трудно представить, а мы -- тогдашние мальчишки, запросто общались со своими дедушками -- ещё вполне бодрыми людьми, про подвиги которых снимались увлекательные художественные фильмы. Больше всего я жалею, что мало расспрашивал их про годы войны, ведь они так много могли рассказать! Каждому человеку, особенно будущему мужчине, необходимо знать не только историю своей страны, но и историю своей семьи -- это поможет ему быть крепче, когда жизнь столкнёт его с тяжёлыми испытаниями. Я свято верил, что настоящая взрослая жизнь начинается именно со службы в армии, поэтому у меня не было мысли как-нибудь от неё «откосить».
К сожалению, я слишком идеализировал воинскую службу, представляя её исключительно по патриотическим кинофильмам -- реальность, как всегда, была совершенно другой. Возможно, кто-нибудь попадал в другие условия, но «беспорядок» (очень мягкое определение положения дел) начался с первого часа моей службы -- на сборном пункте меня назначили совсем в другую команду и продолжали «тасовать» три дня, по истечении которых я готов был ехать куда угодно. Именно тогда моей очередной «команде» сообщили, что нас повезут в Приекуле, в «сержантскую учебку» (учебное подразделение) Зенитно-ракетных Войск Противовоздушной Обороны (ЗРВ ПВО). В военкомате мне обещали десант, но на деле я попал туда, кому наобум вытащили папку с моими документами. В нашей команде были те, кто перед службой заканчивал подготовительные курсы, прыгал с парашютом, был один «потомственный моряк», который заявился на сборный пункт в полной морской форме и заявил, что поедет «только на флот», но всех «забрили» в ПВО. Меня это тогда сильно удивило -- человек добровольно хочет служить три, а не два года, подходит по здоровью, на флот уехало несколько команд, из которых любой захотел бы с ним поменяться, но всё случилось наперекор его желанию. И таких «удивительных» вещей, за два года моей службы, было очень много.
Уходя на службу, я надеялся встретить кого-нибудь, кто знает каратэ и сможет показать мне что-нибудь новое. Приобретённый опыт подсказывал мне, что не стоит афишировать своё умение, поэтому вначале я держал свои способности в секрете, указав в анкете только то, что имею опыт занятий дзюдо. Поскольку в нашей части спортивная работа велась активно, всех «спортсменов» брали на учёт, проводились первенства части по многим видам спорта, в том числе и по борьбе. Каждый призёр и победитель приносил очки в общую копилку подразделения, что стимулировало командиров выявлять новые таланты. Неожиданно к нам на занятия пришёл посыльный с распоряжением срочно прибыть в спортзал всем, кто «назвался борцами». В сопровождении офицера «спорторга» мы поднялись в борцовский зал, где нас ждал борец-вольник, неоднократный чемпион части, родом из Дагестана. Нам решили организовать проверку делом -- побороться с признанным авторитетом и доказать, что мы достойны участвовать в тренировках и соревнованиях. На это «представление» собрались все наши, свободные от службы, сержанты, а также все старослужащие. Неожиданно я увидел причину этого ажиотажа -- в углу разминался крепкий парень, в специфических движениях которого я опознал «коллегу-каратиста». Мы размялись и начали «кастинг» - дагестанец боролся со всеми подряд, демонстрируя очень хорошую технику и недюженную силу, которой «молодые» не могли ничего противопоставить. Очередь дошла и до меня. Я сказал, что занимался дзюдо и отсутствие кимоно создаст некоторые проблемы, это обещали учесть. Мы сошлись и начали борьбу. Я старался бороться по критериям дзюдо -- не падать на бок и спину, выворачивался на руки и живот, но в партере меня быстро переворачивали на лопатки. Однако, пару раз и мне удалось бросить «вольника» задней подножкой, и один раз «вытянуть болевой» на ногу (сказался самбистский опыт! :D ).
Наш «экзаменатор» остался нами доволен, искренне пожал нам руки и пожелал успехов в будущих соревнованиях. Зрители не думали расходиться, представление не закончилось. Ко мне подошёл размявшийся каратист -- «Я слышал, ты из Риги -- сказал он -- там же каратисты есть, да и ты, наверное, представляешь, что это такое. Давай с тобой немного «поработаем», я тебя сильно бить не буду!». Мне ничего не оставалось, как согласиться, и начался «второй раунд». Мой противник начал бой с неторопливой разведки, которую я успешно парировал, не переходя к ответным действиям. Постепенно скорость и плотность атак увеличивалась, но моя защита продолжала срабатывать. Мой противник начал нервничать и забыл про обещание «сильно не бить», его престиж был под угрозой. Он уже изучил мою защиту (так же как и я, его атаки), взвинтил темп ещё больше и чувствительно «достал» меня кулаком. Я понял, что в защите мне не отсидеться, поэтому перешёл к активным действиям. Ситуация мне была знакома -- я проходил «прописку», а она заканчивается только тогда, когда один из противников капитулирует. Я подключил ноги, руки, технику бросков, болевых и удушающих. Минуты две мой противник продержался, но потом, после очередного хорошего попадания в солнечное сплетение, сказал, что с него достаточно. От зрителей-сержантов не укрылось, что половину атак ногами в голову я не доводил до конца, они поинтересовались, могу ли я бить в полную силу на такой высоте. Я пригласил добровольца покрепче, надел на него боксёрские лапы, и провёл несколько «фирменных пантелеймоновских связок» так, что у него «отсохли» руки. Впечатление я произвёл неизгладимое -- если вначале сержанты посмеивались, предвкушая, как «молодого причешут», то к концу «презентации» растерянно молчали.
А ещё через несколько дней, мне пришла долгожданная бандероль с фотографиями, которые были сделаны за два дня до моего ухода в армию (я успел посмотреть только проявленные негативы). По заведённому порядку, содержимое всех посылок и бандеролей «досматривали» в присутствии адресата в канцелярии батареи. Вот и мою бандероль распечатали, и фото с кадрами, в которых мы подражали своим кумирам (Брюсу Ли, Накаяме, Ояме, Чаку Норрису и т.д.), просмотрели все наши офицеры, передавая из рук в руки. Наш комбат, капитан Ибраев, аккуратно собрал всю пачку и изрёк: «Значит так, курсант Сироткин, будем считать, что ты всё это просмотрел. Запечатывай это в конверт и отсылай обратно!». «Да ты что, не понял? -- засмеялся мой взводный -- Это же он на всех фотографиях!». «И в самом деле, он! -- удивился комбат, разглядывая снимки -- но всё равно, ЭТОГО в моей батарее быть не должно!». Фотографии мне вернули, но отослать назад мне их не пришлось из-за того, что их тут же разобрали на память мои армейские друзья, а вольник-дагестанец даже наклеил парочку в свой дембельский альбом, для пущей убедительности сфотографировавшись со мной «в форме».
Так моё «инкогнито» было раскрыто, на меня показывали пальцами и реально боялись трогать...

Прикрепленные миниатюры

  • Прикрепленное изображение





Декабрь 2016

П В С Ч П С В
   123 4
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031